Характер и степень общественной опасности преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности

Характер и степень общественной опасности преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности

Досова Зульфия Кусаиновна,

майор юстиции,

Академия управления МВД России,

г. Москва, Российская Федерация,

адъюнкт

Аннотация. Проведён анализ характера и степени общественной опасности посягательств на общественные отношения, складывающиеся в связи с конкурентной борьбой в сфере экономической деятельности. В этой связи автор обращается к материалам правоприменительной практики, а также данным судебной статистики. Рассмотрены подходы законодателя к выделению криминализующих признаков ограничения конкуренции. Сделан вывод, согласно которому число регистрируемых преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, а также количество осуждённых за их совершение лиц явно не соответствуют нынешнему состоянию общественных отношений в данной сфере. Это является свидетельством высокой латентности преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, а также недостатков законодательства об уголовной ответственности за их совершение.

Ключевые слова: общественная опасность, уголовная ответственность, криминообразующий признак, конкуренция, экономическая деятельность,

The nature and degree of public danger

of crimes encroaching on competition

in the field of economic activity

Dosova Z.K.

Academy of Management of the Ministry of Internal Affairs of Russia,

Moscow, Russian Federation,

Annotation. The scientific article is devoted to the analysis of the nature and degree of social danger of encroachments on social relations, which are taking shape in connection with the competition in the field of economic activity. In this regard, the author refers to the materials of law enforcement practice, as well as data from judicial statistics. An analysis of the legislator’s approaches to identifying the criminalizing signs of restricting competition is given. It is concluded that the number of registered crimes that infringe on competition in the field of economic activity, as well as the number of persons convicted for their commission obviously do not correspond to the current state of public relations in this area. This is evidence of the high latency of crimes that encroach on competition in the field of economic activity, as well as the shortcomings of legislation on criminal liability for their commission.

Key words: social danger, criminal liability, crime-generating feature, competition, economic activity.

 

Уголовно-правовые нормы об ответственности за преступления, посягающие на конкуренцию в сфере экономической деятельности, направлены на противодействие наиболее серьезным по характеру и степени общественной опасности посягательствам. В отечественной юридической науке под характером общественной опасности принято понимать качественный показатель причиняемого социальным отношениям ущерба, под степенью – количественный показатель такого ущерба [1, с. 76].

Характер общественной опасности посягательств на конкуренцию в сфере экономической деятельности состоит в том, что они, в своих крайних проявлениях, ведут к ряду остронегативных социальных последствий. А именно: экономически необоснованному росту потребительских цен на товары и услуги; возникновению дефицита товаров, снижению их качества; появлению чёрного рынка; закрытию предприятий малого и среднего бизнеса; снижению налоговых поступлений и т.п. С.В. Максимов и К.А. Утаров справедливо указывают на то, что «одним из наиболее серьезных барьеров для развитии страны является глубокая картелизация экономики, которая по оценкам антимонопольного регулятора охватывает до 80-90% отдельных отраслей» [2, с. 5-6].

В свою очередь, степень общественной опасности деяния представляет собой количественный показатель. Так, в ст. 178 УК РФ законодатель избрал в качестве криминализующего признака ограничения конкуренции причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государству, либо же извлечение дохода в крупном размере. Содержание этих понятий применительно к данной статье раскрыто в Примечании 1 и 2: доходом в крупном размере признается доход, сумма которого превышает пятьдесят миллионов рублей, а крупным ущербом – ущерб, сумма которого превышает десять миллионов рублей.

А в ст. 180 УК РФ в качестве криминообразующих признаков незаконного использования средств индивидуализации товаров (работ, услуг), помимо крупного ущерба (под которым понимается ущерб, сумма которого превышает двести пятьдесят тысяч рублей), использован признак совершения деяния неоднократно. Так, к примеру, Приговором Судебного участка № 1 Мясниковского района Ростовской области от 7 июня 2017 г. по делу № 1-15/2017 [3] установлено следующее.

П.В.Г. осуществляя деятельность по реализации товаров легкой промышленности в магазине «Шузон», имея умысел на незаконное использование чужого товарного знака, заведомо зная, что права на использование товарных знаков компании «Шанель САРЛ» не имеет, с целью дальнейшей реализации и получения прибыли, в конце 2016 года на оптовом рынке «Люблино», расположенном в районе Люберцы г. Москвы, приобрела без оформления соответствующих документов следующую продукцию с нанесенным на ней товарным знаком компании «Шанель САРЛ», официальным юридическим представителем которой является ООО «Юридическая компания «Интеллект-Защита», а именно: женские сумки в количестве 2 штук с нанесенным на них товарным знаком фирмы «Шанель САРЛ» стоимостью одной единицы оригинальной продукции компании «Шанель САРЛ» 132 000 рублей на общую сумму 264 000 рублей; женские косметички в количестве 2 штук с нанесенным на них товарным знаком фирмы «Шанель САРЛ» стоимостью одной единицы оригинальной продукции компании «Шанель САРЛ» 19 000 рублей, на общую сумму 38 000 рублей; обувь (балетки) в количестве 6 пар с нанесенным на них товарным знаком фирмы «Шанель САРЛ», стоимостью одной единицы оригинальной продукции компании «Шанель САРЛ» 42 100 рублей, на общую сумму 252 000 рублей; обувь (кеды) в количестве 2 пар с нанесенным на них товарным знаком фирмы «Шанель САРЛ» стоимостью одной единицы оригинальной продукции компании «Шанель САРЛ» 35 600 рублей на общую сумму 71 200 рублей; обувь (шлепанцы) в количестве 1 пары с нанесенным на нем товарным знаком фирмы «Шанель САРЛ» стоимостью одной единицы оригинальной продукции компании «Шанель САРЛ» 35 800 рублей, исключительные права на который принадлежат компании «Шанель САРЛ», в лице его официального юридического представителя ООО «Юридическая компания «Интеллект-Защита».

Далее, продолжая свой преступный умысел, П.В.Г., действуя умышленно, из корыстных побуждений, выставив закупленный ею товар для дальнейшей реализации в торговом зале магазина «Шузон», осуществляла незаконное использование товарного знака под видом оригинальной продукции компании «Шанель САРЛ», до 14 часов 40 минут 10.02.2017 года, когда указанная продукция была изъята сотрудниками Отдела МВД России по Мясниковскому району. Таким образом, ПВ.Г., незаконно используя чужой товарный знак, причинила ущерб компании «Шанель САРЛ» на общую сумму 661 600 рублей.

Говоря об общественной опасности преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, уместно привести статистические данные по этим составам, а именно, по ст. 178 УК РФ, ст. 179 УК РФ, ст. 180 УК РФ, ст. 183 УК РФ, ст. 185 УК РФ, ст. 185.1 УК РФ, ст. 185.3 УК РФ и ст. 185.6 УК РФ.

Судебным департаментом при Верховном Суде РФ обобщены следующие данные о числе осуждённых за совершение преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности:

  • по ст. 178 УК РФ в 2017 г. – 0 человек, в 2018 г. – 0 человек, в 2019 г. – 0 человек;
  • по ст. 179 УК РФ в 2017 г. – 10 человек, в 2018 г. – 8 человек, в 2019 г. – 17 человек;
  • по ст. 180 УК РФ в 2017 г. – 200 человек, в 2018 г. – 240 человек, в 2019 г. – 296 человек;
  • по ст. 183 УК РФ в 2017 г. – 37 человек, в 2018 г. – 22 человека, в 2019 г. – 41 человек;
  • по ст. 185 УК РФ в 2017 г. – 0 человек, в 2018 г. – 0 человек, в 2019 г. – 0 человек;
  • по ст. 185.1 УК РФ в 2017 г. – 0 человек, в 2018 г. – 0 человек, в 2019 г. – 0 человек;
  • по ст. 185.3 УК РФ в 2017 г. – 0 человек, в 2018 г. – 0 человек, в 2019 г. – 1 человек;
  • по ст. 185.6 УК РФ в 2017 г. – 0 человек, в 2018 г. – 0 человек, в 2019 г. – 0 человек [4].

С одной стороны, можно увидеть, что ст. 178 УК РФ, ст. 185 УК РФ, ст. 185.1 УК РФ и ст. 185.6 УК РФ фактически не применяются на практике. С другой стороны, общим местом научных работ, посвящённых вопросам противодействия антиконкурентной преступности, стало указанию на высокую степень латентности рассматриваемых преступлений. В частности, А.Ю. Улезько в 2004 г. оценивала степень латентности в 90% [5, с. 18]. Каких-либо оснований предполагать, что за прошедшее время ситуация существенным образом улучшилась, нет. На схожую картину указывают и другие авторы [2, с. 12-13].

Показатель латентности, безусловно, зависит и от того, что именно в тот или иной времени в государстве считается преступным. В ст. 178 УК РФ неоднократно вносились изменения, самым непосредственным образом влиявшие на число привлекавшихся по её нормам к уголовной ответственности лиц. По первоначальной редакции статьи от 1996 г. к ответственности привлекалось от 17 человек в 1997 г. до 64 человек в 2001 г. и 61 в 2003 г. соответственно [6]. В 2003 г. законодателем был предпринят серьёзный шаг в сторону гуманизации: формальный состав описываемого в ст. 178 УК РФ преступления был заменён на материальный состав посредством её дополнения криминообразующим признаком наступления последствия в виде крупного ущерба на сумму не менее 1 млн. рублей. Это вызвало резкое снижение числа регистрируемых по ст. 178 УК РФ преступлений. Так, в частности, в 2006 г. были зарегистрировано всего два преступления, в 2007 г. и 2009 г. – по восемь преступлений; в 2008 г. – четырнадцать [6].

В 2009 г. ст. 178 УК РФ была повторно существенным образом обновлена, а именно, появился ещё один альтернативный криминообразующий признак – извлечение дохода в крупном размере. Тем не менее, на статистику это принципиальным образом не повлияло. Так, к примеру, в 2010 г. по этой статье было зарегистрировано лишь 9 преступлений, в 2012 г. – 5, в 2014 г. – 6 [6].

Последние по времени изменения в ст. 178 УК РФ были внесены в 2015 г. Прежде всего, законодатель сузил объективную сторону преступления посредством указания на ограничение конкуренции путем заключения между хозяйствующими субъектами-конкурентами ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля). Также в десять раз были повышены размеры таких криминообразующих признаков, как крупный и особо крупный доход, а также крупный и особо крупный ущерб. Кроме того, оговорена возможность освобождения от уголовной ответственности за ограничение конкуренции виновного лица, которое первым из числа соучастников преступления добровольно сообщит об этом преступлении и будет активно способствовать его раскрытию и (или) расследованию, возместит причиненный этим преступлением ущерб или иным образом загладит причиненный вред и если в его действиях не содержится иного состава преступления. В результате, в 2016 г. было зарегистрировано лишь три преступления [6], квалифицированных по ст. 178 УК РФ, из которых до суда не дошло ни одно [4].

Число уголовных дел по статьям о преступлениях, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, явно не соотносится с количеством общественно опасных нарушений законодательства, выявляемых Федеральной антимонопольной службой (ФАС России). Так, «в 2016 г. ФАС России было возбуждено более 300 дел о картелях. За один год число выявленных картелей возросло более чем на 18%, в том числе на 28,4% на торгах. Только в сфере строительства в 2016 г. при проведении 140 аукционов в 50 субъектах РФ были выявлены признаки картелей на сумму около 7 млрд. руб. Таким образом, незаконный доход в среднем по одному аукциону составлял около 50 млн. руб., из чего следует, что даже в случаях, когда картель создавался для участия в одном аукционе, средний размер незаконного дохода соответствовал объективному криминообразующему критерию основного состава преступления, предусмотренного ст. 178 УК РФ. По оценке А.П. Тенишева – начальника Управления ФАС России по борьбе с картелями, суммарный ущерб от всех картелей в 2016 г. мог достигать 1,5-2% валового внутреннего продукта» [7, с. 22; 8, с. 3-4].

Общественная опасность рассматриваемых преступлений не исчерпывается деформацией общественных отношений, складывающихся в связи с конкурентной борьбой в сфере экономической деятельности. В научной литературе (в частности, А.Н. Бойцовым и К.В. Ображиевым) также справедливо обращено внимание на то, что при совершении преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, затрагиваются также интересы потребителей [9, с. 66]. Вместе с тем, на наш взгляд, их не стоит рассматривать как факультативные. В конечном итоге, вся рыночная экономическая система направлена на удовлетворение потребительского спроса на товары и услуги максимально возможного качества по минимально допустимым для субъектов предпринимательской деятельности ценам. Поэтому от любых противоправных посягательств на отношения конкуренции во всех без исключения случаях страдает именно потребитель. Он сталкивается с нехваткой тех или иных товарных позиций, либо же с необходимостью нести дополнительные экономически необоснованные издержки. Даже в ситуации краткосрочного установления на рынке демпинговых цен, потребитель выигрывает лишь в краткосрочной перспективе. Учитывая сделанные замечания, интересы потребителей необходимо признать не факультативным, а дополнительным непосредственным объектом преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности.

Факультативные непосредственные объекты отражены, прежде всего, при описании квалифицированных составов антиконкурентных преступлений. В их число входят: отношения в сфере государственной службы, службы в органах местного самоуправления, коммерческих и иных организациях (п. «а» ч. 2 ст. 178 УК РФ, ч. 2 ст. 183 УК РФ); отношения собственности (п. «б» ч. 2 ст. 178 УК РФ) отношения, связанные со здоровьем и телесной неприкосновенностью человека (ч. 3 ст. 178 УК РФ, ч. 4 ст. 183 УК РФ). При этом, в ст. 179 УК РФ отношения собственности и отношения, связанные со здоровьем и телесной неприкосновенностью человека, играют роль уже дополнительного непосредственного объекта преступления.

Таким образом, число регистрируемых преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, а также количество осуждённых за их совершение лиц явно не соответствуют нынешнему состоянию общественных отношений в данной сфере. Это является свидетельством высокой латентности преступлений, посягающих на конкуренцию в сфере экономической деятельности, а также недостатков законодательства об уголовной ответственности за их совершение. Помимо общественных отношений, складывающихся в связи с конкурентной борьбой в сфере экономической деятельности (непосредственный объект), при совершении этих преступлений ущемляются интересы потребителей (дополнительный непосредственный объект), что также должно учитываться законодателем и правоприменителями.

Список цитируемой литературы

  1. Кузнецова, Н. Ф. Преступление и преступность / Н. Ф. Кузнецова. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1969. – 232 с.
  2. Максимов, С. В., Утаров, К. А. Уголовная политика в сфере защиты конкуренции: цели и возможности. Монография / Под ред. В. П. Заварухина / С. В. Максимов. – М.: ИПРАН РАН, 2018. – 80 с.
  3. Приговор Судебного участка № 1 Мясниковского района Ростовской области от 7.06.2017 по делу № 1-15/2017 // Электронный ресурс: СудАкт: Судебные и нормативные акты РФ https://sudact.ru Дата обращения – 05.09.2020.
  4. Судебный департамент при Верховном Суде РФ // Электронный ресурс: http://www.cdep.ru. Дата обращения – 05.09.2020.
  5. Улезько, А. Ю. Уголовная ответственность за недопущение, ограничение или устранение конкуренции: автореф. дисс. … канд. юрид. наук / А. Ю. Улезько. – Ростов-на-Дону, 2004. – 22 с.
  6. МВД РФ // Электронный ресурс: https://мвд.рф/Deljatelnost/statistics. Дата обращения – 05.09.2020.
  7. Лаптев, Д. Б. Уголовная ответственность за недопущение, ограничение или устранение конкуренции: дис. … канд. юрид. наук / Д. Б. Лаптев. – М., 2016. – 181 с.
  8. Жуков, Е. В. Уголовная ответственность за монополистические действия и ограничение конкуренции: автореф. дисс. … канд. юрид. наук / Е. В. Жуков. – Ростов-на-Дону, 2004. – 26 с.
  9. Бойцов, А. Н., Ображиев, К. В. Уголовная ответственность за недопущение, ограничение или устранение конкуренции / А. Н. Бойцов. Монография. – Ставрополь: Сервисшкола, 2006. – 152 с.

Back to Top