Право как предпосылка развития научных исследований

Право как предпосылка развития научных исследований

Доронина Н.Г., Семилютина Н.Г.

Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, Москва, Россия

 

Тезисы подготовлены в рамках апробации исследования по гранту РФФИ по проекту № 18-29-14025 на тему: «Правовое регулирование геномных исследований и использования их результатов: сравнительно-правовой аспект исследования»

В статье выделяются области правового регулирования, обеспечивающие развитие проведения научных исследований (в т.ч. геномных исследований). Представлен краткий анализ зарубежного опыта, наглядно демонстрирующего, что генетические исследования являются катализатором тенденций в развитии законодательства.

 Ключевые слова: научные исследования, право, законодательство, геномные исследования.

Рассматривая право, как предпосылку развития научных исследований, следует отметить, что его особенностью права является то, что, с одной стороны, право, в смысле правоведения является предметом научных исследований и областью приложения научных исследований. С другой стороны, правовые нормы, правила поведения, являющиеся результатом проводимы научных исследований, становятся инструментом, посредством которого создаются стимулы и условия проведения научных исследований, в том числе в области генетики и биологии.

Представляется возможным определить следующие области правового регулирования, обеспечивающие развитие проведения научных исследований. Во-первых, необходимо выделить область правового регулирования, обеспечивающую возможность мобилизации финансовых ресурсов и направление их на проведение научного поиска (научных исследований). Вторая область регулирования обеспечивает возможность практического приложения и использования научных достижений и открытий и соответственно получение доходов от практического приложения научных достижений. Наконец, третьей областью, обеспечивающей возможность проведения научных исследований, является область регулирования, посредством которой в проведение научных исследований вовлекается исследователь – ученый, личность которого приобретает все большее и большее значение для научного поиска.

Область формирования финансовых ресурсов для проведения научных исследований может предусматривать как источник государственного (прежде всего, бюджетного) финансирования. Бюджетное финансирование, а также государственное финансирование из иных внебюджетных фондов не исключает привлечение финансирования из средств частных лиц [1]. Источниками финансирования могут быть финансирование отдельных научных разработок, через создание обособленных правосубъектных организаций (хозяйственных обществ и товариществ), использование форм доверительного управления, иные формы целевого финансирования [3]. В Великобритании одной форм финансирования университетов является форма передачи имущества в доверительное управление на основании Закона 1943 г. О трастах университетов и колледжей [2].

Для использования результатов произведенных исследований источником может также являться финансирование деятельности отдельных научных коллективов. Законодательство, с одной стороны, не должно препятствовать или ограничивать возможность такого использования. С другой стороны, оно должно стимулировать использование научных достижений для развития производства и промышленности. В этой связи следует заметить, что в ряде случаев, закрепив за собой право на определенное научное изобретение лицо, закрепившее за собой такое право, не всегда торопится использовать научное достижение, имея в виду в дальнейшем использовать свое достижение в качестве конкурентного преимущества. У законодателя может быть целый инструментарий, направленный на то, чтобы стимулировать практическое использование научных достижений. К числу таких инструментов следует отнести, например, ослабление требований в отношении новизны изобретения, принудительный выкуп патента, установление требования регистрации патента за государством в случае участия государства в финансировании исследования, иные средства. Так, в США источником регулирования правоотношений в области защиты т.н. «промышленной собственности» является федеральное законодательство, в частности Патентный закон 1952 г., в который вносились изменения Законами о реформировании Патентного закона соответственно 2005, 2007 и 2009 гг. В сентябре 2011 г. в США был принят Закон об американских изобретениях (America Invents Act, AIA), предусматривающий изменение действующей системы патентования в пользу принципа «первого заявителя» (first inventor to file), предусматривающий выдачу патента лицу, которое первым подаст заявку на изобретение. Данный принцип начал действовать с 16 марта 2013 г. вместо действовавшего ранее принципа «первый, кто изобрел» (first to invent).  Специальные правовые акты создают предпосылки для того, чтобы обеспечить государству возможности контролировать и управлять промышленной собственностью. Инструментами, обеспечивающими государству такие возможности, следует назвать прежде всего, систему государственных контрактов, предполагающих переход прав на результаты интеллектуальной деятельности к государству. Приобретению государством прав на результаты интеллектуальной деятельности во многом способствует правила, согласно которым права на служебные изобретения, иные объекты интеллектуальной собственности переходят к работодателю. В основе правового регулирования взаимоотношений служащих и предпринимателей лежит выработанный американской судебной практикой принцип shop-right. Его смысл состоит в том, что право принадлежит служащему, но предприниматель имеет право на простую безотзывную лицензию, которая может быть использована исключительно для нужд предприятия. Однако это право предоставляется предпринимателю лишь при условии, если служащий создает свое изобретение, используя рабочее время, материалы или средства нанимателя либо знания и консультации других служащих. Классическим определением shop-right является определение, данное верховным судом США в 1933 по делу US v Duibilier Condenser Corp. (289 US (1933), где речь шла о правах государства на изобретение, созданное государственным служащим).

В условиях цифровой экономики национальное законодательство становится эффективным инструментом в конкуренции в области научных исследований. Закон о патентах Индии был принят в 1970 г. и в настоящее время действует его редакция 2005 г. [4]. В Китае действует Закон О патентах, принятый в 1984 г. [5], в который в 2000 и 2008 гг. были внесены изменения. В Японии, действует Патентный закон 1959 г. [6]. Однако даже после подписания Парижской конвенции Япония не всегда обеспечивала иностранцам защиту их права. Генетические исследования являются катализатором тенденций в развитии законодательства.

Закон о идентичности и ответственности в медицинском страховании [7] и Закон о недискриминации на основе генетической информации [8], принятые в США в начале 21 века, свидетельствуют о создании контроля за генетической информацией, присутствующей в коммерческим обороте. В литературе отмечается, что право мало уделяет внимания охране генетической информации, находящейся в базе данных коммерческих организаций. Разнообразие в категориях акторов «генетических» отношений и преследуемых участниками этих отношений целей затрудняет работу над общими принципами охраны генетической информации [9].

В США, где объем накопленной информации позволяет сформулировать конкретные требования к участникам коммерческого оборота генетической информации, были приняты на федеральном уровне два закона, анализ которых показал, что в целях индивидуальной защиты генетической информации пациента одинаково применимы требования, предъявляемые при охране обычной медицинской  информации. В то же время было отмечено, что особенностью генетической информации является присутствие в ней не только заинтересованности в ее охране отдельных лиц — участников коммерческих отношений, но также и публичных служб, общества в целом. «ДНК является концепцией уникального идентификатора человека, а с другой стороны раскрывает информацию о биологических родственниках» [10].

Присутствие в самой информации публичного элемента, позволяющего использовать эту информацию во вред не только самого обладателя такой информации, в случае ее предоставления без его разрешения, но и более широкого круга лиц, в первую очередь правоохранительных органов и всего коммерческого оборота генетической информации в целом. Это создает положительную перспективу для правового регулирования научных исследований генома человека через совершенствование системы сбора, хранения и защиты генетической информации. Как указывалось в зарубежной литературе, «в наш информационный век изменилась и стала более напряженной сама концепция правовой охраны информационной тайны, или «Privacy» [11]. Интернет не требует от человека согласия на распространения сведений о нем, однако именно благодаря новым технологиям связи и активности самих граждан, пользующихся этими технологиями, сведения получают широкое распространение. Возникающие новые теории в части определения «Privacy», как право физического лица контролировать пользование персональными данными в коммерческом обороте, является лишь предпосылкой для формирования контрактов на оказание медицинских услуг, включающих генетическую информацию о пациенте.

Поскольку речь идет о контрактах в части оказания медицинских услуг, то возникает вопрос о природе, принадлежащего лицу права осуществлять контроль за использованием его генетической информацией. Суды общего права штатов рассматривают иски о нарушении права на охрану генетической информации либо как иск о нарушении вещного права, либо как иск из причинения вреда, но при этом не исключается из внимания публичный характер правонарушения, как это имело место в деле Peerenboom v. Perlmutter, No. 2013-CA-015257 (Fla. Cir. Ct. Jan. 23, 201. Согласно данному делу суд признал, что вещные права ответчика в отношении генетической информации были нарушены, однако при этом рекомендовал осуществить защиту нарушенного права, основываясь на иске о незаконном обращении государственной собственности в свою пользу [12].

Опыт правового регулирования, накопленный в зарубежном законодательстве полезно использовать при строительстве новой системы медицинского обслуживания, которая начата в России в связи с опасностью пандемии возникшей на базе  COVID-19. Программа развития генетических технологий в России включает в себя научные разработки, которые позволят предупреждать тяжелые заболевания, увеличивать продолжительность жизни, улучшать состояние окружающей среды и др. Для выполнения этих задач создаются три геномных центра мирового уровня, представляющих собой консорциум университетов, научно-исследовательских институтов, производственных инновационных компаний. Медицина входит в число основных направлений, разрабатываемых геномными центрами. Вопрос о правовом режиме накапливаемой генетической информации безусловно является центральным вопросом в развитии перспективного направления геномных исследований.

The article highlights the areas of legal regulation that ensure the development of scientific research (including genomic research). A brief analysis of foreign experience is presented, which clearly demonstrates that genetic research is a catalyst for trends in the development of legislation.

Key words: scientific research, law, legislation, genomic research.

Ссылки:

[1] Йескомб, Э.Р. Государственно-частное партнерство. Основные принципы финансирования. Пер.с англ. – М.: Альпина Паблишер, 2015; Йескомб, Э.Р. Принципы проектного финансирования. Пер.с англ. – М.: Альпина Паблишер, 2015.

[2] Universities and Colleges Trust Act, PGA 1943, ch.9.

[3] Нарышкина, Р.Л. США: государство и частный сектор. Гражданско-правовые отношения; – М.: «Юридическая литература», 1976.

[4] The Patents Act (Act 39 of 1970) [20th April 1972, as amended 1999, 2002, 2005, etc.), as updated till 11-03-2015 // URL: http://www.ipindia.nic.in/writereaddata/Portal/IPOAct/1_31_1_patent-act-1970-11march2015.pdf (дата обращения: (03.09.2020).

[5] Patent Law of the People’s Republic of. China, 1984 // URL: https://wipolex.wipo.int/ru/legislation/details/5484 (дата обращения: 03.09.2020).

[6] Япония. Закон о полезных моделях. Закон от 13 апреля 1959 г. N 123 с изменениями, внесенными законом от 22 декабря 1999 г. N 220, вступил в силу 6 января 2001 г. // Япония. Патентный закон. Закон о полезных моделях. — М.: ИНИЦ Роспатента, 2005. С. 111-159.

 [7] Health Insurance Portability and Accountability Act (HIPAA) Health Insurance Portability and Accountability Act of 1996, Pub. L. No. 104-191, 110 Stat. 1936.

[8] Genetic Information Nondiscrimination Act (GINA) // Genetic Information Non-Discrimination Act, Pub. L. No. 110–233, 122 Stat. 881 (2008).

[9] Dillon, N. Golden State Killer Suspect Arrested After Cops Swiped His DNA from Car Door Handle and Tissue, N.Y. DAILY NEWS, 2018 // URL: http://www.nydailynews.com/news/crime/ny-news-goldenstate-

killer-dna-collected-car-door-trash-20180601-story.html (дата обращения: 15.05.2020).

[10] Clayton, E., Evans, B.J., Hazel, J.W., Rothstein, M.A. The Law of Genetic Privacy: Applications, Implications and Limitations // Journal of Law and Bioscience/ Advance Access Publications. 2019. P. 36.

 [11] Taylor, M., Wilson, J. Reasonable Expectations of Privacy and Disclosure of Health Data // Medical Law Review. 2019. Vol 27. No.3. P. 432 (Corrigendum. Medical Law Review).

[12] State Laws Pertaining to Surreptitious DNA Testing, GENETICS & PUB. POL’Y CTR. 2009 // URL: https://web.archive.org/web/20100827054416/http://www.dnapolicy.org/resources/State law summaries final all states.pdf. (дата обращения: 05.05.2020).

Back to Top